Сайт единомышленников Болдырева Юрия Юрьевича

  •    «Я предложил шахтёрам: Не ждите, что кто-то добрый за вас решит проблемы. Выдвиньте своего человека и предложите разным партиям, любым, кто возьмёт. Мы — возьмём. Только давайте так, если в Думе начнёт налево и направо собой торговать — сами с ним разбирайтесь. Нам нужны такие, чтобы потом не продавались... Знаете, что они мне отвечают? «Таких, чтобы не перепродавались, не бывает». Что мне осталось им сказать напоследок? Нечего плакать. Если у вас таких не бывает, то вам ничего не остаётся, кроме как идти и сдаваться тем, у кого такие бывают — китайцам, японцам, американцам... Если общество не способно бороться с предательством — оно просто будет стёрто с лица земли. Это — то главное, что, похоже, наши люди ещё не осознали»

Чьи же уши торчат из наших законов?

11.01.2010

Источник: Столетие

Год начался с террористических актов на Северном Кавказе и высочайшей грозной резолюции «жестко уничтожать» террористов. Что ж, жестко — это, наверное, необходимо. Но не странновато ли звучит это «жестко уничтожать» в государстве, только что решением высшей судебной инстанции – Конституционного Суда – практически поклявшемся смертную казнь не допускать ни за какие преступления и никогда?

Одновременно в стране вступает в действие новая форма наказания – домашний арест от 2 месяцев до 4 лет. Что ж, за нетяжкие преступления такое, может быть, иногда и целесообразно. Но существенны три позиции.

 

Первая – радикально расширены возможности весьма произвольного решения судом вопроса об ответственности виновного в преступлении – дополнительное и значительное расширение поля для коррупции.

 

Вторая — новое наказание ориентировано, прежде всего, на преступления не случайные, пусть даже и с тяжелыми последствиями (ехал на машине трезвым и с умеренной скоростью, но на гололеде не справился с управлением и сбил пешехода), но на преступления сознательные корыстные – воровство, присвоение, мошенничество и т.п. Это становится уже похожим на недвусмысленное поощрение корыстно-преступного мировоззрения и поведения. Не говоря уже о возможности применения подобной меры даже и за… ограбление. Здесь, вместо очевидно необходимого радикального ужесточения наказания, мы наблюдаем уже просто преступный и лицемерный псевдогуманизм законодателя.

 

И третья – в ряде случаев и для ряда категорий лиц наказание за реальное преступление, как нечто весьма серьезное и тяжело переносимое, в этом случае практически заменяется чем-то вроде легкого порицания с незначительными ограничениями привычного образа жизни. Особенно, если постоянным местом жизни осужденного таким образом за мошенничество является не тесная квартирка в хрущевке, а особняк в несколько тысяч метров жилой площади где-нибудь на Рублевке. Тем более, что к «нетяжким» отнесены и такие виды опасных и жестко пресекаемых в цивилизованном мире преступлений, как финансовое мошенничество… Очевидно, эта «гуманистическая» мера – прямое следствие длительного лоббирования вульгарно-либеральным (финансово-мошенническим) сообществом идеи отказа от лишения свободы за «ненасильственные» (прежде всего, финансовые) преступления…

 

Но правильно ли только отвергать с порога – а что вы предлагаете?

 

Представляется, что более правильной была бы иная последовательность действий. Сначала — радикально «облегчить» следственные изоляторы, разместив именно подследственных, то есть тех, в отношении кого факт преступления еще не доказан, по домашним и иным близким формам мягкого ограничения свободы. А уже накопив за пять-десять лет достаточный опыт обеспечения контроля за временно ограниченными таким образом в свободе и отладив систему, обеспечив ее гарантированную высокую надежность, думать о возможности распространения этой меры и на осужденных за действительно нетяжкие и, что очень важно, именно за не корыстные преступления (связанные с ошибками, халатностью, ревностью и т.п.). Но это – не только при иной власти, но и при принципиально иной идеологии всего общества.

 

Кстати, нельзя сказать, что наш законодатель идет ныне только и исключительно по пути гуманизации законодательства. Напротив, есть и то, что представляется ему, в отличие от мошенничества и прочего воровства, действительно совершенно недопустимым и, следовательно, требующим принятия жестких мер. Что же это?

 

Прежде всего, всякого рода гражданский протест. А где он в принципе может выражаться? Хорошо бы, конечно, если бы на специально отведенных площадках, типа, например, Манежной площади, соседствующей с Красной площадью. Но она, как известно, вполне сознательно застроена чем-то увеселительным. Равно как застроены (опять же, как известно) и любые иные непредназначенные для движения транспорта малейшие пятачки земли в столицах и иных крупных центрах. И остаются исключительно маевки в лесу. Причем, в лесу не Химкинском (и за это найдут способ привлечь, в крайнем случае – наймут бандитов), а каком-нибудь совсем отдаленном, желательно таежном сибирском. И, что немаловажно, добираться и до этого отдаленного сибирского леса – исключительно по одному. В обеспечение такого порядка в Думу правительством внесен специальный законопроект «О внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ в связи с обеспечением безопасности на транспорте». Соответственно, обвиненные в организации акций протеста на транспортной магистрали (включая мирно движущихся на маевку в сторону таежного леса) вместо прежнего штрафа в 2,5 тысячи рублей рискуют получить штраф уже до ста тысяч рублей или до двух лет тюрьмы. Подчеркиваю: не домашнего ареста, как для воров и мошенников, а именно тюрьмы…

 

Кстати, на тех, кто в следующий раз возмутится попыткой пропустить элитный «Сапсан» вне очереди, а всех остальных пассажиров с детьми заставить и далее ждать отправки неопределенное время, этот законопроект явно тоже вполне распространяется. Равно как и на желающих организовать забастовку в целях защиты своих трудовых прав…

 

Уместно предположить, что этот правительственный законопроект, который, понятно, будет поддержан нынешним законодателем безоговорочно, заработает в полную силу именно тогда, когда протест граждан, в том числе, их желание организовать забастовку (как это регулярно делают, например, европейские профсоюзы транспортных рабочих), будет вызван именно очередным и системным масштабным воровством и мошенничеством на государственном уровне – тем самым, за которое теперь даже в худшем случае, если выявили, вскрыли, огласили и доказали — только домашний арест…

 

В этой связи нельзя не оглянуться вокруг – а как дела у наших соседей-конкурентов за право жить на этой планете?

 

Китай, как известно, тоже не относится к числу государств, где гражданские протесты поощряются. Но там жестко пресекается и многое другое, в том числе то, до чего у нас как-то все руки не доходят, да плюс и Совет Европы не велит…

 

Свежий пример – нашумевшая история с казнью в конце минувшего года подданного Британской короны — за провоз крупной партии (более килограмма) героина. Какой шум был поднят в старушке Европе, как переволновались правозащитники, как даже премьер Великобритании Гордон Браун пытался лично принять участие в судьбе соотечественника. Но все тщетно – не помог ни некогда всесильный британский паспорт, ни лично британский премьер. Преступник казнен. Европа сокрушается: «Да как они посмели?». Но правильно вопрос было бы ставить иначе: да как это Европа смела даже заикаться с какими-либо требованиями к Китаю? У всякого вопроса ведь есть предыстория. И казненный гражданин Великобритании – далеко не первый в истории подданный этой страны, кто пытался завезти в Поднебесную наркотики. И разве возможно взять да и забыть о двух кровавых опиумных войнах, которые Британская корона по историческим меркам не так уж и давно вела против Китая. И за что вела, ради чего? За права человека и ради их торжества не только на Западе, но и на Востоке? Отнюдь нет. Напротив, эти войны Британия вела против Китая за свое право целенаправленно подсаживать Китай на наркотики – разве такое забывается? И разве такое прощается? Также повторю то, на что обращал внимание читателя уже неоднократно: в отличие от Китая, с его революциями, в Британии с тех пор никакого радикального изменения политического режима, разрыва с прошлым и какого-либо покаяния никоим образом не произошло. И потому сугубо теоретически могу даже допустить, что какого-либо гражданина, например, России или Ирана, может быть, после вмешательства правительства, из сугубо гуманитарных соображений и из уважения к просьбе правительства, могли бы и простить. Но только не подданного Британской короны. Здесь уж, товарищ гордый британский лев, хочешь или не хочешь, но, с учетом предыстории, будь особенно щепетилен. И ни на какое прощение — точно не рассчитывай…

 

Хотя на месте правительства России в этом случае я бы не стал обращаться и просить о снисхождении. Да и правительство Ирана, судя по параллельным его практическим действиям, в отличие от правительства британского, к подобному не склонно. Напротив, только что прошло сообщение о том, что и в Иране казнены (повешены) шесть наркоторговцев. Строго? Строго, но, согласитесь, справедливо.

 

Кстати, вниманию женщин, считающих себя у нас более свободными: в Иране смертная казнь предусмотрена не только за распространение наркотиков, но, например, еще и за изнасилование. За то самое страшное для женщин деяние, за которое у нас насильник может получить лет 6-8 и уже года через четыре выйти. Кстати, вниманию теперь уже любителей какой-то неизвестно откуда взявшейся статистики о том, что ужесточение наказания якобы никогда и нигде не вело к ограничению преступности: не хотите поинтересоваться, сколько изнасилований в год на сто тысяч жителей происходит в Иране, а сколько у нас? И после этого будете продолжать всерьез молоть свою чушь, что «ужесточение наказания никогда…»?

 

Опять вернемся в Китай. Выше я приводил в пример те преступления, за которые, может быть, и целесообразно было бы заменять тюремное заключение на мягкое ограничение свободы, в том числе, не корыстные преступления, связанные со случайным разовым стечением обстоятельств. Но это явно не относится к случаям, когда преступление и его тяжкие последствия были запрограммированы предшествующими самими по себе также преступными действиями лица. Похоже, этой же логикой руководствуется и китайское правосудие, только что приговорившее к казни пьяного водителя, сбившего насмерть пятерых граждан. Сравните это с нашей историей несколько лет назад, когда в аналогичной ситуации дело было вообще закрыто за… примирением сторон. Да и вообще с той массовостью, с которой у нас тяжелые внедорожники на полной скорости налетают на автобусные остановки…

 

Всякие «либералы» в таких случаях в качестве последнего аргумента так и норовят обвинить нас в лицемерии: а сами-то вы где хотите жить – в Иране и Китае или скорее в чистенькой и благоустроенной Европе? Что ж, свои «хотения» пока отложу в сторону, но и Европа в ряде случаев дает нам весьма неплохие примеры для подражания, но только следовать этим лучшим примерам мы почему-то совершенно не спешим.

 

Например, еще несколько лет назад самым известным примером истинной справедливости на дороге было взыскание в Финляндии с главы корпорации «Нокиа» штрафа за нарушение ПДД (превышение скорости на автомашине) размером в сто шестьдесят тысяч долларов. «Это с какой же скоростью и на какой супермашине он ехал?», — спросит наш читатель. Не помню, но важно понимать, что дело здесь не в сверхскорости, а в системе финских наказаний, которые должны быть для всех не равными по абсолютному размеру, но равными по чувствительности. И отсчитывается их размер исходя из годового дохода нарушителя – так, чтобы легко откупиться не удавалось, и чтобы и самому богатому впредь было неповадно. Разве не справедливо? Повторю, это информация – далеко не самая свежая. Прошло уже несколько лет, но у нас ни президент, ни премьер, ни Дума, ни такой творческий когда надо Конституционный суд что-то не почесались. Хотя, когда им надо, мы знаем – умеют принимать законы и сразу в трех чтениях за один день…

 

И вот, новый пример – рекорд побит. Уже не в Финляндии, а в Швейцарии гражданин заплатит штраф за нарушение ПДД в двести девяносто тысяч долларов. За какую же скорость? По нашим меркам – почти ничего: на своей «феррари» он разогнался всего-то до ста тридцати семи километров в час. Но заплатит примерно стоимостью своего суперкара. На первый раз. Разве это – не положительный пример для нас? Причем, уже не из Китая или Ирана, а из самого центра старушки Европы?

 

Вот только почему-то распространения этой заслуживающей всяческой поддержки практики (как, например, они это делают в отношении запрета смертной казни) на всех членов Совета Европы, включая и нас с вами, эта старушка почему-то не требует…

 

Значит, зависит все от нас самих.

Анонсы
Встреча с Юрием Болдыревым в Петербурге!
Анонс мероприятия: «Экономика России: радужные обещания и мрачные перспективы»
Наши партнёры
Радиопрограмма «Народный интерес»  Нейромир-ТВ. Народное телевидение