Сайт единомышленников Болдырева Юрия Юрьевича

  •    «Я предложил шахтёрам: Не ждите, что кто-то добрый за вас решит проблемы. Выдвиньте своего человека и предложите разным партиям, любым, кто возьмёт. Мы — возьмём. Только давайте так, если в Думе начнёт налево и направо собой торговать — сами с ним разбирайтесь. Нам нужны такие, чтобы потом не продавались... Знаете, что они мне отвечают? «Таких, чтобы не перепродавались, не бывает». Что мне осталось им сказать напоследок? Нечего плакать. Если у вас таких не бывает, то вам ничего не остаётся, кроме как идти и сдаваться тем, у кого такие бывают — китайцам, японцам, американцам... Если общество не способно бороться с предательством — оно просто будет стёрто с лица земли. Это — то главное, что, похоже, наши люди ещё не осознали»

Жизнь по хлопку

12.11.2007

Источник: Столетие

«Опустите бюллетень в урну, и после этого за судьбу своего голоса можете не беспокоиться», — так в рекламном ролике Центризбиркома авторитетный старший товарищ заканчивает свой рассказ студентам о том, как они должны выполнить свой долг.

Искренне завидую этим студентам. Воистину: чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Или тем глубже спокойствие, как минимум, за судьбу своего голоса.

 

Если бы я был все еще демократом, в том смысле, что верил бы в возможность в обозримой перспективе подобного социально-политического устройства в наших реалиях, то, наверное, возмущался бы тем, как организована избирательная кампания. Очень возмущался бы действиями нашей власти, во всяком случае, в сравнении с тем, как вынуждена вести себя во время выборов власть в других странах, по какому-то заблуждению определяемых тем же термином «демократические». Но, похоже, в своем возмущении я был бы почти одинок. Почему, что случилось с обществом?

 

Когда-то давно, в многократно уже осужденные «совковые» времена, основным истинным воспитателем населения с младых лет была незабвенная «Радионяня» – была такая передача. Но те времена канули в лету. Теперь главный воспитатель – телевизионное ток-шоу. А как устроено это ток-шоу?

 

Казалось бы, собирает ведущий полный зал зрителей, приглашает гостей, и они все вместе начинают в более или менее свободном режиме обсуждать всякого рода проблемы. Телезрители смотрят и радуются и, что немаловажно, попутно учатся сопоставлять мнения и аргументы участников, а может быть, и обосновывать мнение собственное. А если телезрители что-то не успели понять (ну, мало ли, подстригли передачу после записи чуть-чуть ножницами), так им подскажут главное: где смеяться, а где плакать, где возмущенно роптать, а где – бурно аплодировать. Кто подскажет? Разумеется, зрители в зале: они-то смотрят и слушают всю дискуссию вживую, и их реакции (если они такие же, как мы, простые люди) должны быть адекватны происходящему. Казалось бы.

 

Но такую идиллическую картину естественности всего происходящего на телешоу могут рисовать в своем воображении только те, кто на записи этих телешоу никогда не был. Те же, кто был, например, в качестве зрителя, хорошо знают, что перед началом шоу обычно происходит некий тренинг — репетиция. Причем, репетиция не с основными участниками шоу, а со… зрителями. Чему же тренируют на репетиции зрителей? Тому, без чего теперь никакое истинно Большое шоу невозможно – правильному реагированию на происходящее.

 

Но как можно этому научить так быстро — за пять-десять минут до записи передачи? Запросто. Ведь тренируют перед записью передачи реагировать не на слова и поступки героев, а исключительно на … условный сигнал ассистента режиссера – на хлопок. А этому, как известно, можно научить не только Человека разумного, но даже и обезьяну или собаку. А если за каждую правильную реакцию еще и давать по кусочку сахара…

 

Но до такого унижения достоинства Человека разумного, разумеется, организаторы шоу никогда не доходят. Человек разумный – потому так и называется, что, во-первых, способен удерживать в сознании связь между действием сейчас и поощрением потом. И, во-вторых, нуждается в поощрении не только примитивно материальном, типа кусочка сахара, но и моральным. В частности, при правильном поведении (бурные аплодисменты по хлопку), возможность еще раз принять участие в развлечении (записи шоу) может быть более действенной, нежели даже очень большой и сладкий кусочек сахара.

 

Согласитесь, после такого разъяснения, понятие «Человек разумный» действительно начинает звучать гордо!

 

Правда, кто-то может возмутиться: разве допустимо так оболванивать Человека разумного? Это же после участия в двух-трех подобных передачах зрители в зале могут привыкнуть к такому упрощению жизни и качественному снижению роли собственного интеллекта в оценке происходящих событий и реагировании на них. И тогда запись телешоу превращается в инструмент формирования из зрителей в зале (людей исходно разумных) каких-то полчищ зомби!

 

Спешу успокоить: по сравнению со всем населением страны, количество непосредственных участников таких шоу – капля в море. И даже за полсотни лет пропустить через эту интеллектуальную мясорубку значимую часть населения (граждан, избирателей) невозможно. Но означает ли это, что метод безобиден, а последствия несущественны?

 

Надо сказать, что метод в целом куда шире и всеохватнее, нежели приведенный мною пример с процедурой записи телешоу.

 

И что еще важнее: человек, даже самый разумный, существо коллективное. И ему свойственно прислушиваться не только к авторитетам, но и к… большинству.

 

Конечно, в сфере нашей профессиональной деятельности нас не так легко сбить с толку – мы, зачастую, способны если даже и не идти против большинства, то, как минимум, иметь самостоятельное от него мнение.

 

Но совсем другое дело, если речь заходит о вопросах, не относящихся к предметам нашей постоянной и ежедневной компетенции. Здесь, даже если мы сами себе в этом и не признаемся, тем не менее, как минимум, на подсознательном уровне, мнение большинства оказывает на нас существенное воздействие. И чем сложнее вопрос, тем более это выражено.

 

А телевизор мы смотрим, как правило, в одиночку или вместе с одним-двумя членами семьи. Нас мало, а их в зале – вон сколько. Неужто они все дураки? Нет, если они в одном месте аплодируют, а в другом молчат и на, казалось бы, насущное и верное суждение не реагируют, значит, тому есть основания.

 

И вот уже весь наш прежний здравый смысл отступает, и нормой становится нечто, исчерпывающе характеризуемое нижеприводимым фрагментом разговора с молодым врачом из провинции:

 

- И как жизнь?

 

- Стало, конечно, намного лучше.

 

- А что лучше?

 

- Да, все.

 

- А вот непосредственно в Вашей сфере, в медицине, в Вашей больнице?

 

- Нет, в медицине все ужасно. А в нашей больнице вообще: оборудование если и закупается, то самое плохое, а расходные материалы и запчасти — вообще не поставляются.

 

- А где же стало лучше?

 

- Ну, вообще, везде…

 

Разговор этот был мимолетный, но он вполне типичный, а главное – диагностически значимый.

 

Западные журналы пишут, что некто Пластинин якобы заплатил Пэрис Хилтон миллион фунтов за участие в показе нарядов от его пятнадцатилетней дочери. И далее: «Общественное мнение в России возмущено подобными причудами богатеев».

 

Наивные! Они неправы: никто ничем не возмущен. И понятно: на многочисленных ток-шоу если и звучали слова, осуждающие безответственное и отнюдь не национально ориентированное растранжиривание нынешними нашими сверхбогачами ранее общенационального богатства, то встречались гробовым молчанием. Зато «смелые» заявления о том, что «если человек заплатил налоги, он вправе тратить деньги так, как хочет» — встречались бурными аплодисментами. По хлопку, разумеется.

 

Если это не диагноз, не исчерпывающая характеристика степени солидарности нашего общества и, следовательно, его способности к какому-либо подлинному самоуправлению, то что это?

 

Теперь самое время вернуться к тому, с чего начали.

 

Если бы я был каким-нибудь демократом западного пошиба, я бы, конечно, очень возмущался всем, что у нас происходит. Но не дано им понять наших реалий.

 

Ведь очевидно, что государство у нас большое. И много в государстве этом всяких проблем и неотложных вопросов: пресс-конференции, общенациональные праздники, чествования милиционеров и ветеранов и т.п. Так разве можно требовать, чтобы лидеру списка правящей партии предоставлялось на экране ровно столько времени, сколько другим лидерам участвующих в выборах партий? Они же (эти другие лидеры), как известно, могут только говорить (без толку), только критиковать (необоснованно), заниматься исключительно популизмом (безответственным). А тут – столько реальных дел!

 

Как минимум, нужно вновь и вновь, по всем центральным телеканалам объяснять, чем правящая партия лучше других. И вновь напоминать, каким недееспособным был парламент, когда в нем были в большинстве другие – те самые, которые теперь необоснованно вновь претендуют. Разве можно допустить, чтобы на эту жизненно важную для страны работу не выделялось по телевидению отдельно специальное время? Разумеется, в «прайм-тайм» и вне всяких бюджетов избирательных кампаний. Вот это было бы действительно безответственно и даже, можно сказать, недемократично – во всяком случае в нашем современном понимании демократии.

 

И сравните это с отсталыми и безответственными представлениями о демократии в какой-нибудь, например, Англии.

 

Страна это маленькая и беспроблемная — в смысле обязательных для выступлений премьера больших пресс-конференций, общенациональных праздников и чествований милиционеров. Но бюрократизация жизни в этой ужасной стране доведена до такого абсурда, что все наблюдатели за выборами не ждут себе спокойно возможности подсмотреть за урной на избирательном участке, чтобы потом быть спокойными за судьбы голосов. Нет, они нашли себе работу и за месяц, и даже за два месяца до выборов. И только подумайте, чем они занимаются: сидят у экранов телевизора с секундомерами и сопоставляют, на сколько секунд, не дай Бог, премьер-министру предоставлено времени в эфире больше, нежели его конкурентам!

 

И самое страшное для судеб этой английской, извините за выражение, демократии. Предположим, премьер этой страны вынужден будет выступить в связи с исполнением своих самых неотложных полномочий, вытекающих из необходимости срочно решить какие-либо самые ответственные общенациональные задачи. Такие, например, как разъяснение народу, сколь безответственным был парламент раньше, без нынешней правящей партии, не говоря уже о чествовании тамошних лондонских бобби. Так и в этом случае конкурентам затем сразу, еще до выборов, обязаны предоставить ровно столько же эфирного времени, сколько выступал премьер. И не по второстепенному канальчику, принимаемому только членами кружка любителей радиосвязи, а по тому же самому каналу, что выступал премьер. И не в пять утра, и не далеко за полночь, а равно в тот же «прайм-тайм». Так ведь недолго и сомнение в народе посеять? И как в таких условиях работать? Как убедить население, что все прежние парламенты были недееспособными, а теперь все отлично? И что главная опасность, это если вновь придут какие-нибудь популисты и растратят несметные золотовалютные резервы. Причем, на что? На экономическое и социальное развитие страны. В частности, не дай Бог, починят не только дорогу, по которой ездит премьер, но еще и какие-нибудь боковые, прилегающие, а то и отстоящие от главной на сотню-другую километров…

 

Конечно, надо признать, если бы мне так не повезло в жизни, что я жил бы в этой отсталой (с точки зрения понимания демократии) Англии, то я, наверное, в силу давления тамошней пропаганды, мог бы там оказаться заблудшим патриотом их демократии. И потому на полном серьезе безответственно отстаивал бы в своих статьях правоту именно их туземного понимания этой общечеловеческой ценности. Искал бы и нашел бы какие-то вздорные аргументы в защиту их права на качественные дороги не только в столице и на путях движения премьера, но и в самых забытых Богом уголках. И, может быть, дошел бы до такого передергивания, что усмотрел бы какую-то мистическую связь между ограничением права их премьера безапелляционно и безответно упрекать оппозицию в недееспособности и качеством дорог на периферии страны…

 

Но живу я здесь, слушаю не Би-би-си, а родное российское радио по городской радиотрансляционной сети, и потому всякой подобной софистикой меня с толку не сбить. Говорят мне, что какая-нибудь очередная «Благотворительная инициатива» готова обо мне позаботиться и дать за наследование моей квартиры не только сразу тысячу долларов, но еще и телевизор в придачу – верю, что лучшей судьбы у меня и быть не может. Говорят мне, что все прежние были недееспособные, значит, так и было. Разъясняют это же еще раз — утверждаюсь в своих планах не дать «свернуть с курса». Разъяснят все то же самое вновь и вновь – уже с настороженностью оглядываюсь вокруг: нет ли где затаившихся недопонимающих? А на двадцать пятый раз – готов уже и все личные сбережения сдать в какой-нибудь «стабфонд» или в золотовалютные резервы. Действительно: зачем нам дороги, если мы уже на третьем месте в мире по золотовалютным резервам, и еще немного, если очень постараемся, можем и первыми стать? И уже не оглядываюсь вокруг, а готов без лишних вопросов заняться правозащитной деятельностью — лично выступить на защиту права власти не связывать себя какими-либо неуместными ограничениями…

 

Читатель, он же наблюдатель со стороны, может подумать, что я такой искренний и горячий патриот отечественной глубоко модернизированной модели демократии (сокращенно, если просто модернизированной, то «м-демократии», а если глубоко, то «гм-демократии») один. И будет неправ. Надо лучше знать свой народ.

 

Итак: «Опустите бюллетень в урну и после этого за судьбу своего голоса можете не беспокоиться». Что-то это напоминает…

 

Вспомнил: «Закопаете денежки в землю и спокойно ждите, когда они вырастут». И какая телевизионная игра у нас уже более десяти лет самая популярная? Если не ошибаюсь, «Поле чудес» — в стране… плохих дорог.

Анонсы
Встреча с Юрием Болдыревым в Петербурге!
Анонс мероприятия: «Экономика России: радужные обещания и мрачные перспективы»
Наши партнёры
Радиопрограмма «Народный интерес»  Нейромир-ТВ. Народное телевидение