Сайт единомышленников Болдырева Юрия Юрьевича

  •    «Я предложил шахтёрам: Не ждите, что кто-то добрый за вас решит проблемы. Выдвиньте своего человека и предложите разным партиям, любым, кто возьмёт. Мы — возьмём. Только давайте так, если в Думе начнёт налево и направо собой торговать — сами с ним разбирайтесь. Нам нужны такие, чтобы потом не продавались... Знаете, что они мне отвечают? «Таких, чтобы не перепродавались, не бывает». Что мне осталось им сказать напоследок? Нечего плакать. Если у вас таких не бывает, то вам ничего не остаётся, кроме как идти и сдаваться тем, у кого такие бывают — китайцам, японцам, американцам... Если общество не способно бороться с предательством — оно просто будет стёрто с лица земли. Это — то главное, что, похоже, наши люди ещё не осознали»

Продукты и электричество – по карточкам?

07.07.2008

Источник: Столетие
Ученые и политики спорят. Одни утверждают, что у нас разница по доходам между «верхними десятью процентами» населения и «нижними десятью процентами» достигла семнадцати раз. Другие утверждают, что и все двадцать. При этом критическим уровнем одни называют четырнадцатикратный уровень, другие несколько более высокий, но в любом случае меньший, нежели у нас. И что? Достигли — и ничего не происходит.
 
Раз не происходит, значит, можно еще…

…В технике и теории управления есть такие понятия, как регулирование по отклонению и регулирование по возмущению. Применительно к обществу получается каламбур: по отклонению – это значит ничего не делать, пока не возникнет возмущение (стихийные восстания, бунты), по возмущению же – это упреждающе, то есть не тогда, когда уже начались волнения, а когда для них лишь возникает почва.
 
И понятно, что все сложные и ответственные системы, во всяком случае в технике, управляются не по одному лишь отклонению, но и, выражаясь математически, по первой производной от него – по возмущению, а то еще и по второй производной – скорости нарастания возмущения, а также ряду иных дополнительных параметров.
 
По какому же типу в нашем государстве осуществляется социально-экономическое регулирование? Если единственный аргумент, к которому более или менее готовы прислушиваться, это угроза нарушения «социально-политической стабильности», а фактическая реакция наступает лишь тогда, когда уже «горячо», то это какое регулирование? Правильно – самое вульгарное: лишь по отклонению – на уровне элементарного «водо-бачкового инструмента» в туалете… Но может ли длительное время выживать и развиваться, иметь внятную перспективу государство и общество с таким упрощенным механизмом социально-экономического регулирования?

 

Цены на продукты, после полугодичного якобы замораживания, отпустили. О цифрах роста цен на продовольствие спорят. Ясно, что это не соответствует официальной инфляции в десять или даже двенадцать процентов. Но сколько? Это – как считать. Сильно ли подорожала красная икра, это на бюджете большинства моих сограждан особенно не сказывается. Но факт, что в паре сотен километров от Москвы бутылка подсолнечного масла, стоившая год назад тридцать рублей, теперь стоит уже семьдесят пять. И что делать?
 
Оказывается, выход есть: надо ввести… продовольственные карточки – не для всех, а для наименее социально защищенных (которых у нас, при таких темпах роста цен на продовольствие, похоже, скоро окажется не менее половины населения. И это то, что на полном серьезе обсуждается сейчас в нашем «социальном» государстве. Более того, через электронные СМИ нас уже интенсивно готовят к этому, объясняют, что ничего плохого в этом нет, что во многих даже самых развитых странах мира (включая США) так делают…

 

Осенью прошлого года мне приходилось призывать власть признать, что выход у нас в стране цен на продовольствие из под какого-либо контроля – это отнюдь не результат каких-то непредсказуемых глобальных процессов. Все проще: боролись с инфляцией путем, самым вульгарным из всех возможных (а точнее даже невозможных – для нормального государства и общества) — удушением собственного товарного производства. В результате: вместо экономического развития (не по формальным денежным, а по сущностным показателям) – фактическая деградация хозяйства, полная утрата минимальной технологической и производственной самодостаточности, потеря продовольственной безопасности. И мы – страна с самыми большими территориями, пригодными для ведения сельского хозяйства — не великая держава, пусть даже хотя бы и «энергетическая», а просто щепка в чужих руках.
 
Но прежние ошибки и заблуждения никоим образом так и не признаны.

 

Так, может быть, Бог с ним, с развитием (не о нем голова болит, а о высоком и прекрасном – о макроэкономических показателях!), может быть, в результате титанических усилий справились хотя бы с инфляцией? Одна проблема: не удается никак окончательно инфляцию (об успешной борьбе с которой докладываем на международных симпозиумах) полностью отделить от реальной экономики, от цен на жилищно-коммунальные услуги и продукты питания, которые простые граждане покупают в магазинах…
 
Полностью отделить не удается, но налицо попытки для начала хотя бы перевести все, что с этим зверем связано, на язык уж совсем чудной и народу категорически не понятный. Например, если раньше мы занимались преимущественно ограничением, снижением, а то и подавлением инфляции, то теперь это все в прошлом. Теперь все надежды связаны с «таргетированием» инфляции. Это что же такое – какое-то новое, ранее неведомое сверхэффективное оружие? Судите сами: предусматривается «реализация мер по развитию финансовых институтов», стимулирование сбережений граждан, борьба с монополиями «на отдельных рынках». И, разумеется, ограничение госрасходов и жесткий контроль за кредитно-денежной политикой…
 
И это – что-то новое, сулящее иной результат, нежели ныне нами пожинаемый? При том, что о целенаправленном стимулировании развития собственного реального товарного производства – ни слова. Также ни слова ни о борьбе с новыми земельными латифундистами, ни о повороте кредитно-финансовой системы на долгосрочное кредитование сельского хозяйства и промышленности, ни о льготном (нормальном – как в других странах) обеспечении сельхозпроизводства топливом, электроэнергией и удобрениями, ныне в основном вывозимыми за рубеж. Равно как ни слова и об ограничениях на вывоз за рубеж продовольствия, острая нехватка которого наблюдается в своей стране…
 
То есть, что они что-то еще придумают – научатся как-нибудь так подсчитывать инфляцию, чтобы обещанный победный результат (свести за три года к шести процентам годовых) был достигнут – в этом у меня сомнений нет. Но есть-то что будем – пусть даже и по карточкам?

 

Одно успокаивает: нашу печальную участь разделит и один из отцов нынешнего развала национальной экономики, в далеком прошлом приватизатор и организатор пирамид ГКО, а в недавнем прошлом электроэнергетик А.Чубайс. В связи с ликвидацией РАО ЕЭС России он уходит на пенсию, а в связи с тем, что до пенсионного возраста пока еще далеко, то, как он сам посетовал в недавнем телеинтервью, пока лет десять придется как-нибудь так. Я понял – вместе с нами на продовольственных карточках.
 
И уж совсем я расчувствовался, хотел даже пожалеть земляка, но тут агентство РБК сообщает о доходах и зарплатах за последние годы наших звездных «топ-менеджеров» — управляющих крупнейшими корпорациями. И на почетном втором месте с «заработком» за последние пару лет более 25 миллионов долларов мы видим кого? Нашего старого знакомого – ныне смиренно ожидающего наступления пенсионного возраста Чубайса. Но кто же и за какие заслуги заплатил ему такие деньги? Может быть, руководя всей электроэнергетикой «энергетической державы», он одновременно, разумеется, в свободное от работы время, умудрялся как-то очень успешно зарабатывать где-то на стороне, например, преподавал в теоретические основы электротехники? Нет, это, оказывается, мы ему заплатили как первому руководителю ныне упраздненной (точнее, разрушенной) полугосударственной РАО ЕЭС России за выдающиеся достижения в работе. В чем проявились выдающиеся достижения? Об этом не сообщается. Но нельзя ли узнать – это ведь не секрет? Не секрет, но узнать нельзя…
 
Версия о переходе этого Герострата, при потакании высшей государственной власти разрушившего прежде самую надежную и эффективную в мире электроэнергетическую систему, на питание по карточкам при этом не отменяется, но, можно предположить, что это будут какие-то немножко иные карточки (может быть, кредитные?), отличающиеся по своему весу от обычных (для наиболее обездоленных) отнюдь не в семнадцать и даже не в двадцать раз. А примерно как его официальная зарплата за последние годы отличалась даже не от минимальной, а от средней по стране – примерно в две тысячи раз, если же считать от минимальной – то уже более чем в пять тысяч раз…

 

Вот как соотнести те «децельные коэффициенты» в четырнадцать-семнадцать раз, о которых так увлеченно спорят ученые и политики, с этим пятитысячным разрывом?

 

В оправдание (в данном случае – не Чубайса, с которым большинству более или менее здравомыслящих людей в нашей стране давно все ясно, но нашей высшей государственной власти, потакающей подобному абсурду) нам приводят данные о зарплатах топ-менеджеров крупнейших западных корпораций, которые бывают еще больше. Но насколько корректны подобные сравнения?
 
Во-первых, в западных странах с подобных доходов руководители компаний должны уплатить и налог государству – не тринадцать процентов, как у Чубайса, а примерно от тридцати пяти (США — самый минимум) до семидесяти процентов!
 
Во-вторых, при передаче приобретенного на эти деньги имущества по наследству детям также придется поделиться с обществом и государством. Например, во Франции налог на передачу крупных состояний – около сорока процентов.
 
В-третьих, наконец, и это самое главное: не говоря уже о том, что практика ряда западных (прежде всего, американских) корпораций платить своим первым руководителям сверхвысокие зарплаты уже вызывает серьезные споры и осуждение в тамошнем обществе, тем не менее, там речь идет о сравнительно независимых от государства компаниях, работающих в конкурентной среде, то есть о компаниях, которые под руководством тех или иных сверхвысокооплачиваемых управляющих сумели ЗАРАБОТАТЬ для своих акционеров прибыль, вследствие чего получили высокое вознаграждение и управляющие. Когда же выясняется, что благополучная отчетность была дутой, фиктивной, а реальные результаты деятельности не соответствовали обещаниям, ожиданиям и рапортам, тамошние управляющие получают совершенно реальные (а отнюдь не условные) сроки тюремного заключения во многие десятки лет. И никто, в отличие от нашей практики, не возмущается столь жесткими приговорами и не требует амнистии для лиц, совершивших «лишь экономические» преступления (то есть, читай, вовсе даже и не преступления…).
 
Сравните это с нашей практикой, когда в пять тысяч раз больше пенсии питерской блокадницы, отработавшей всю жизнь и получающей все положенные надбавки, получает не лидер какой-либо сверхуспешной компании, добившейся наилучших результатов в сравнении с конкурентами по всему миру, а типичный (хотя и, может быть, более ярко выраженный) представитель нашей новой номенклатуры, пересевший из кресла чиновника в кресло руководителя ключевой стратегической полугосударственной корпорации-монополиста с целью… разрушить корпорацию. Специально подчеркиваю: не разрушить монополию, но разделить единую контролируемую государством монополию на ряд монополий локальных, государству не подконтрольных, и от того существенно более опасных для потребителей. Как, по каким критериям столь высоко оценена эффективность деятельности этого «топ-менеджера»? Тайна, покрытая мраком. А вот кем оценена – это уже не тайна. Никем иным, как нашей высшей государственной властью – представителем ключевого акционера (государства), без согласия которого подобные решения быть приняты никак не могли.
 
Но если власть не считает нужным отчитываться перед нами, по каким критериям она столь щедро жалует своих, то какие-то критерии мог бы предложить и я.
 
Например, нашим гражданам невредно знать, что планируемые у нас (в рамках вновь созданной «эффективной» системы) затраты на создание одного киловатта мощности в электроэнергетике превышают две тысячи долларов, в то время как в Китае они составляют лишь чуть более девятисот долларов. Какое поведение инвесторов в этих условиях вы сочтете рациональным? Понятно: покупку активов бывшей РАО ЕЭС по цене, не превышающей пятьсот, а еще лучше триста долларов за киловатт. Что и соответствует сложившейся на рынке практике. И как в этих условиях можно ожидать выполнения разработанной РАО ЕЭС под занавес своего существования «инвестиционной программы»? Инвесторы что – полные идиоты, чтобы вкладывать у нас по две тысячи долларов за киловатт установленной мощности, если в Китае тот же киловатт можно получить дешевле тысячи? Да еще и при том, что часть своей электроэнергии (правда, пока лишь с «дешевых», по сути еще советских мощностей, оцениваемых ныне в триста-пятьсот долларов за киловатт) мы экспортируем… в Китай…
 
Соответственно, при каких условиях разрекламированная «инвестиционная программа», призванная спасти нас от дефицита энергии (за проект которой, надо понимать, мы так щедро и заплатили Чубайсу) может быть выполнена? Только если электричество у нас начнет стоить в два раза дороже, чем в Китае…
 
После этого, надо понимать, нам объяснят, что и распределение электричества для малоимущих по карточкам – это тоже норма цивилизованного мира. И тогда уместно предположить, что карточки для бывших «топ-менеджеров» от электроэнергетики, коротающих оставшееся до пенсионного возраста время, тоже будут примерно в пять тысяч раз весомее, чем для питерской блокадницы…

Анонсы
Встреча с Юрием Болдыревым в Петербурге!
Анонс мероприятия: «Экономика России: радужные обещания и мрачные перспективы»
Наши партнёры
Радиопрограмма «Народный интерес»  Нейромир-ТВ. Народное телевидение