Сайт единомышленников Болдырева Юрия Юрьевича

  •    «Я предложил шахтёрам: Не ждите, что кто-то добрый за вас решит проблемы. Выдвиньте своего человека и предложите разным партиям, любым, кто возьмёт. Мы — возьмём. Только давайте так, если в Думе начнёт налево и направо собой торговать — сами с ним разбирайтесь. Нам нужны такие, чтобы потом не продавались... Знаете, что они мне отвечают? «Таких, чтобы не перепродавались, не бывает». Что мне осталось им сказать напоследок? Нечего плакать. Если у вас таких не бывает, то вам ничего не остаётся, кроме как идти и сдаваться тем, у кого такие бывают — китайцам, японцам, американцам... Если общество не способно бороться с предательством — оно просто будет стёрто с лица земли. Это — то главное, что, похоже, наши люди ещё не осознали»

Россия: утраченная солидарность

14.11.2011

Источник: http://gatchinka.ru/

Юрий Болдырев более десяти лет работал в большой политике: был депутатом СССР от Ленинграда, руководителем Контрольного управления Администрации президента России и заместителем председателя Счётной палаты России. Однако в нынешней избирательной кампании он не участвует и пятнадцатого ноября представляет вниманию читателей именно книгу, а не политическую программу.

 

И всё же по содержанию, проницательности авторского взгляда это книга опытного политика и экономиста. Она составлена из публицистических статей, написанных «на злобу дня», но конца и края этой «злобе дня» пока не видно: напротив, с очередной избирательной кампанией и вступлением России в ВТО в условиях всемирного экономического кризиса она выходит на новый виток. Мы побеседовали с Юрием Болдыревым о том, что утрачено, и о том, что спасти очень трудно, но совершенно необходимо.

 

- Юрий Юрьевич, в своей книге «Кризис: игра на понижение» Вы ведёте речь о солидарности как о той необходимой скрепе, которой российскому обществу не хватает в первую очередь. Это и солидарность поколений, и солидарность социальных классов, и солидарность звеньев производственных процессов. Как может повлиять на наши возможности для солидаризации вступление России в ВТО?

- Солидарность – это не навязываемое нам «моралистами» ограничение нашей свободы, но, напротив, важнейший защитный механизм. Есть он – мы можем быть самостоятельными, договороспособными, добивающимися каких-то своих целей. Нет её – нами легко манипулировать, каждым поодиночке. Яркий пример – противоречие между нашим поведением как потребителей и работников. С какой лёгкостью мы отказались от своей авиапромышленности: мол, будем все летать на замечательных зарубежных самолётах, а что кто-то – не бездельники и проходимцы, а самые высококвалифицированные инженеры, конструкторы и рабочие – остаются без работы, вроде как не наше дело. И не припомню я у нас массовых забастовок солидарности тех же, например, металлургов или судостроителей – с авиастроителями. Или нефтяников и газовиков – в свою очередь, теперь уже с судостроителями. А результат: не только утрата своего гражданского авиастроения – целой важнейшей стратегической отрасли экономики и соответствующие потери доходов – ещё и колоссальное снижение общего научно-технологического уровня и потенциала страны, с проистекающей из него уже и угрозой всё более необратимого отставания в сфере военно-технической и оборонной…

 

Когда же я говорю об «игре на понижение», то имею в виду, что любой глобальный экономический кризис – это ещё и колоссальный передел собственности и рынков. Кризисы ведь не случайно называют лукаво «кризисами перепроизводства»: всё упёрлось в переделы развития и ограниченность рынков сбыта. И кризис – лучшее время для сбивания цен на то, на что вы уже «положили глаз». Отсюда и целенаправленное давление на рынки с целью относительного снижения стоимости любых реальных активов.

 

Применительно же к ВТО: в этих условиях дополнительное открытие своего рынка для внешних сил – это прямым текстом сдача своих рынков конкурентам. Нет такого демпинга, на который в этих кризисных условиях не пойдут ради того, чтобы новый рынок дополнительно завоевать или более надёжно закрепиться на нём. Это примерно так, как если бы вы решили вообще закаляться и давно собирались начать нырять в прорубь, и тут вам великодушно это разрешают – в самый момент не просто эпидемии гриппа, но и когда вы сами тоже уже заразились. Аналогия с нашим вступлением в ВТО именно сейчас – почти полная. Но ведь какой-то минимум здравого смысла и ответственности за страну должен быть?

 

И вернёмся к солидарности, которой нам так недостает: потенциальная радость нашего потребителя (не солидарного с теми, кто дополнительно потеряет работу), что он после нашего вступления в ВТО сможет покупать импортные товары средневзвешено ещё на два процента дешевле, — она не напоминает радость деревенского дурачка, которому нравится бесплатно разглядывать красивые искорки, летящие от горящего его собственного дома?

 

- А как Вы оцениваете солидарность межрегиональную? Общаясь с людьми из разных мест России, видите ли Вы в них готовность понимать друг друга? Осознание, что мы живём в одной стране?

 

- Ничего нового и обнадёживающего не скажу. Эта солидарность, к сожалению, у нас не выше, чем между нами как потребителями и нами же, но уже как производителями. Помню, полтора десятка лет назад, когда, практически сразу после переворота осени 1993 года, в стране начала внедряться кабальная и колониальная схема доступа транснациональных корпораций к нашим природным ресурсам (соглашения о разделе продукции), мне приходилось, апеллируя и к губернаторам, и к депутатам нефтедобывающих регионов, обращать их внимание на то, что наши природные ресурсы принадлежат воронежским авиастроителям, нижегородским ядерщикам и питерским и северодвинским судостроителям никак не меньше, нежели жителям тогдашних Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов. Без первых с последними вообще никакие «иностранные инвесторы» ни о чём даже и разговаривать бы не стали, а пришли бы и просто забрали бы всё силой. Но понимания этого единства у нас, к сожалению, до сих пор нет. И понятно: много ведь усилий целенаправленно приложено к нашему раздроблению и разобщению…

 

- Мне не раз приходилось слышать о том, что Санкт-Петербург и Ленинградская область – это доноры, из которых высасывает соки федеральный центр. Как Вы расцениваете это утверждение? Ленинградская область действительно имеет целый ряд преимуществ, которые должны бы способствовать её процветанию… а между тем, это регион довольно бедный. Почему это происходит? В каком направлении следовало бы развиваться Ленобласти?

 

- На вопрос о том, кто в стране кого кормит, отвечу обращением вдовы знаменитого писателя Александра Зиновьева в ответ на лозунги «Хватит кормить Кавказ» и «Хватит кормить Москву». Ольга Мироновна Зиновьева написала: «Хватит кормить Уолл-стрит». И это обоснованно: живём в стране, вся экономика которой пляшет под дудку внешних дирижёров, а значит, и работает в конечном счёте во внешних интересах. Это первое.

 

Второе. Ленинградская область, как транзитный регион, конечно, имеет свои преимущества. Но это ведь, согласитесь, преимущества, связанные не с тем, что мы здесь больше и лучше работаем, но лишь с тем, что нам так повезло с расположением. Аналогично ямальцам и ханты-мансийцам. Так если нам должно быть больше благ из того, что связано с географическими преимуществами, то и им тоже? За счёт кого? За счёт Тулы, Курска и Воронежа? И завтра начнём принимать здесь у себя полунищих «мигрантов» уже не из Таджикистана, а из наших же среднерусских регионов?

 

Другое дело, если за счёт Абрамовича, Дерипаски и Чубайса – я согласен. Но это уже вопрос не региональной политики, а политики социально-экономической. Это то, за что надо всерьёз сражаться, кстати, в том числе на нынешних выборах, причём не отдельно от Тулы и Воронежа, а только вместе с ними.

 

И о направлении развития: нет у Ленобласти отдельной прекрасной перспективы развития – в отрыве от всей страны. А про всю страну мы говорили выше. Если ничего не менять, если нынешней тенденции не противостоять, то ВТО сейчас закрепит статус России как и далее деградирующего сырьевого придатка развитого мира, а Ленобласть, соответственно, останется лишь зоной перевалки углеводородов и леса-кругляка. Какая при нынешней общей тенденции возможна ещё отдельная перспектива?

 

- Есть информация о том, что новый губернатор Петербурга Полтавченко откладывает в долгий ящик крупные инвестиционные проекты Валентины Матвиенко. Это и проект «реновации» хрущёвок, и стадион на Крестовском острове, и проект Орловского тоннеля. Интересовались ли Вы обоснованием этих проектов и можете ли предположить, какие мотивы влияют сейчас на решения Георгия Полтавченко?

 

- Не стану изображать из себя всеведущего. По «хрущёвкам» есть специалисты – их мнение по этому вопросу важнее моего. Стадион же я бы вообще не трогал изначально – можно было элементарно минимально привести в порядок, не закладывая в это огромных денег. Деталей проекта Орловского туннеля не знаю. С Полтавченко не знаком.

 

Но скажу о том, что знаю точно: откуда деньги на прежнее «планов громадьё». Как вы думаете, какие отрасли при Матвиенко стали основными поставщиками средств в бюджет Петербурга? Не догадываетесь? Ответ: среди лидеров – добывающая отрасль. С чего же это вдруг и что такое серьёзное у нас «добывают»? А с того, что «высочайшим повелением» из Омской области взяли и перерегистрировали нефтедобывающую компанию в Петербург. И никаких у наших с вами земляков-петербуржцев протестов против практически элементарного ограбления омичей, хотя все экологические издержки остались в Сибири, а в Питере – только головные офисы и доходы бюджета от налогов. И не путайте это с нормальным равномерным перераспределением доходов от природных ресурсов всей стране. Нет, это был «царский подарок» конкретному городу. И что дальше? Ведь к этим действительно никак не заработанным и несправедливым доходам уже привыкли. А если восстановить справедливость, хотя бы из солидарности с омичами? Кто справедливость восстановит, тот, опасаюсь, для питерцев и окажется «плохим».

 

Понятно, что необоснованные доходы Питера от «добывающей отрасли» необходимо заместить, но чем? При нынешнем курсе, включая ориентацию на «кормление Уолл-стрита» и дальнейшую сдачу позиций через механизм ВТО, заместить и в перспективе будет нечем.

 

Если воспользоваться аналогией со школьником, который не тупо калькулирует, а мечтает победить в олимпиаде и поступить в лучший вуз страны, то ВТО для нашей страны – это окончательное принуждение этого мечтателя к дотошному высчитыванию сиюминутных расходов и прибылей и принятию важного для всей дальнейшей жизни решения исключительно по его результатам. Значит, никакой олимпиады, никакого лучшего вуза, а немедленно торговать, например, иностранными автозапчастями. Точно ведь: сиюминутно рентабельнее…

 

Но допустимо ли убивать мечту? И добивать остатки осмысленного существования нашего государства как единого целого…

 

- Юрий Юрьевич, ещё четверть века назад иностранцам была интересна русская культура – культура малоизвестной, но мощной страны «за железным занавесом». Сейчас этот культурный интерес если и остался отчасти, то по-прежнему направлен на наше прошлое. А чем привлекает иностранцев современная Россия?

 

- Конечно, бывают люди, интересующиеся жизнью вообще – во всех её формах и проявлениях. И даже малейшая букашечка не проходит мимо их заинтересованного взгляда. Но большинству интересно иное: новое, важное, интересное, сильное, успешное. Мы же, напротив, нечто стремительно деградирующее. Соответственно, если что и может сейчас интересовать иностранцев в России, то лишь следы и отзвуки прошлого. Это печально, но факт.

 

В отличие от того, что происходит в России, от того, как мы живём, сама Россия как объект – интересует внешний мир не только своим прошлым, но и настоящим и будущим. Но не торопитесь гордиться: речь не более чем о наших просторах и природных ресурсах. Вот как всё это взять под свой контроль и использовать в своих интересах – это, безусловно, сегодня основной предмет интереса внешнего мира по отношению к нашей стране.

 

- Вы не раз высказывались в том духе, что Россия может и должна быть самодостаточным государством. Что вы имеете в виду, говоря так?

 

- Да не более того, что имеется в виду, когда говорится о самодостаточном человеке, о самодостаточной семье и т.п. То есть это ни в коем случае не призыв к какому-либо изоляционизму. Напротив, развиться, да и стать самодостаточным просто невозможно без постоянного и тесного общения с окружающими. Вопрос лишь в том, какую позицию вы занимаете в таком общении, насколько стремитесь стать самостоятельными и минимально зависимыми от окружающих, точнее, от всегда возможного произвола тех или иных окружающих, от попадания в жёсткую зависимость от кого-либо. Позиция должна быть такой, чтобы ни в коем случае не мешать сотрудничеству, но в то же время не становиться заложниками каких-либо внешних сил.

 

То же касается и государства, особенно крупного, по большому счёту способного себя обеспечить почти всем необходимым. И здесь нет проблемы в том, чтобы использовать какие-либо товары не своего, а иностранного производства, если они лучше или дешевле, но… Но лишь настолько, насколько это не ставит нас в одностороннюю зависимость от кого-либо и не уничтожает напрочь нашу способность себя обеспечивать всем самым необходимым самостоятельно в случае какого-либо изменения ситуации. И, более того, если это способствует нашей возможности перебросить силы и ресурсы на что-то иное и более интенсивно развиваться, а не тормозит наше развитие.

 

Америк я здесь не открываю: это абсолютные азы мировой политики. Проблема лишь в том, что и в массовую культуру, и даже в общественную науку целенаправленно вброшено представление о том, что эти самые-самые азы условий для выживания и развития наций якобы устарели, что современный мир устроен уже как-то иначе… Нет, так же, как и человек в своих базисных потребностях, так и мир в своих основах за многие тысячи лет в этом смысле не изменился. И выживает достойно – лишь тот, кто полагается не на других, в данном случае, не на их почему-либо добрую волю, а, прежде всего, на себя.

 

Из такого подхода следуют принципиально важные практические выводы. А именно: сейчас в нашем обществе фетишизирована идея коммерческой прибыльности, но даже самый точный и тщательный лишь сиюминутно экономический расчёт, основанный на балансе доходов и расходов, прибылей и убытков, применительно к развитию вовсе не является абсолютом. В основе развития у человека – идеи и мечты, а у сообщества людей и крупного государства – долгосрочные цели. И в современном высоко конкурентном мире – ещё и сверхусилия ради достижения этих целей. На примере частной жизни: как просчитать и обосновать невероятные усилия, которые сегодняшнему школьнику надо приложить для того, чтобы победить, например, во всероссийской олимпиаде и затем поступить в МГУ? Никак. С точки зрения простой коммерции, это слишком высоко рискованный и чрезвычайно долго окупаемый проект. Под это на чисто коммерческой основе ни один банк денег не даст. Значит, и не надо?

 

Так и государству, если только оно занято не сиюминутной коммерцией, а саморазвитием, необходимы такие сверхусилия, при помощи которых в прошлом оказалось возможным создание ядерного оружия и освоение космического пространства: никакая прямая калькуляция сиюминутных расходов и будущих доходов обосновать подобное не может. В основе — только понимание того, что стратегически выиграет тот, кто первым освоит новое и неведомое. И, соответственно, безнадёжно проиграет тот, кто отстанет.

 

Но беда в том, что, если говорить не о политике на уровне «кто кого перепиарил» в очередной избирательной кампании, но о мировоззрении, об идеологии жизни и развития целой страны, то описанный мною выше нормальный и естественный подход абсолютно противоположен всей системе мировоззрения тех, кто господствует сегодня на вершинах власти в нашем государстве. Вот это различие, это непримиримое противоречие – несопоставимо больше, нежели любые известные частные политические разногласия между левыми и правыми.

Анонсы
Дебаты Игоря Стрелкова и Юрия Болдырева на канале РОЙ ТВ
Московский Экономический Форум — 2017
Наши партнёры